Ина Близнецова  
ССОРА
(исскуство страстного вызова)
                          Астору Пьяццоле
I

Одиночество


Который раз
полночный час
споёт с усмешкой
"Некуда спешить,
некого любить".
Стоило ли жить? -
А что не жить?

Всё идёт, как повелось:
в мире человек один.
Все накоротке с ним в мире -
счастье улыбнётся, горе
хлопнет по плечу.
Дунь же на свечу,
зеркалу скривись, да выходи.

Мир не тот, ну и ты не тот,
это не твоя весна.
За плечами - перевала глыба,
женщины, друзья,
чара за края,
кровь и пот,
риск, вина.
Есть, что вспомнить - и на том спасибо...

Только иногда сердце говорит,
что ему совсем другое снилось:
воля и полёт,
радость, что поёт,
ещё глаза, где ночь двумя звездaми отразилась.

Разве человек свечкой не горит,
разве свечке говорят,
с такой надеждой иль третьей
зажгли, и чей лик,
пред которым сгореть ей...

Впрочем, всяк - привыкать мастак,
привыкаешь жить и так:
не сбылось - порыв смиряя,
остроту надежд теряя...
И кого просить? -
И с кого спросить?
Головы, так и так, не сносить...

Ранит сердце красота,
а уж голова седа...
Что находишь,
и уходишь
куда?..


II

Ссора I


Улица любая поперек и вдоль исхожена,
и в случайной стычке не одна здесь жизнь положена,
но молодняк подрастает
(гляди за ними в оба глаза,
кому - горе, им - проказа;
тянет корчить богомаза
эта шваль!)

Только вечер,
и шакальи их стаи
свои счёты считают. -
Не то стрельба, ещё добро бы поножовщина,
а что с них взять: что ни пацан - то безотцовщина.

Вот и нынче
в переулке тусовка
(черт побрал бы - да на что ему!)
и ни проехать, ни пройти.
Поди, протолкайся ещё,
да чтоб кто не вцепился клещом!

Былая юность поневоле вспоминается:
мы, вроде, жили - эти развлекаются.
А в мои годы ерунда ведь получается:
как старый волк, пробираешься,
да на щенков огрызаешься. -

А когда захочется, чтоб кто-то сбоку бросился
(одним бы меньше осталось!) -
так где вся их разудалость...

И ничего и никогда не происходит,
и опять
глазами встретишься - отводят,
да чего и ждать.

...Но черт возьми, а один до чего хорош!
И взгляд в упор, и за пазухой, точно, нож -
вон рука потянулась к груди, жест знаком, как увиденный в зеркале -
вот они, угольки в золе...
Вон она,
моя былая неразборчивая молодость.
Что есть, то пей до дна -
и сколько пито, и чего не перемолото.
А убедиться, что молчанье - золото
стало поздно, было рано...

Иногда
сердце и велело смолчать,
но на взгляд, толчок плеча -
ну как не броситься вдогон?
И я сдержаться не мог,
я был такой же щенок,
я был такой же, как он...

Тех лепил из глины, ну а нас ковал из стали Он;
им дал "не убий", нам - "честно убивай" закон.
Когда встречаемся -
двух воль меж нами накал,
улыбки волчьей оскал,
и смерть - подумаешь, беда,
и жизнь - дорога в никуда.

Вот потому-то на земле и одиноко нам,
а куда после попадём, туда дорога нам.
Всё не поделим - перекрёстка, локона...
Но с этим не хотел столкнуться, -
постарался разминуться,
как он что-то там сквозь зубы про года!

А мы б сошлись! Да смерть - плохая сводня.
Ножа не вынул, на пока под дых.
Коль нам обоим повезёт сегодня,
ты, может, доживешь и до моих.

(Рано дураку в последний путь. -
Должно ж везти когда-нибудь!)

Дальше - рука на рукоять,
дальше - обернуться и ждать.
Нож - доброй стали, - эх, пареньку не дождаться зари.
Нет - держат! Узнали. А у него есть друзья, смотри!

Дальше...


III

Ссора II
1

Там мне понятен каждый шаг -
есть случай, ночь, и нож, и враг.
И кому выжить - не тебе решать,
дерёшься честно - и чиста душа.

Зато уж тут - ведь волком выть, а проще просто вешаться!
Ох, где тот шут, сказавший "милые бранятся - только тешатся"?
С таких утех я б Богу душу, кабы чёрту не обещана…
Разор? Успех? Всему одна загадка и разгадка - женщина.

Что сказал? Взглянул не так - но на которую?
Перебрал? - но ведь не вызывали скорую!
Ревновал? - да он открыто ей любуется!
Угрожал - не дома ж, для разборок - улица.

Ну, был неправ - большое, право, дело!
Был непригляден - так и не глядела б!
Два мужика - что ж, мы б не разобрались? -
Ну, подрались бы, или же набрались.

И вот судьба на сбой; я думал, я сумею
и быть самим собой, и быть при этом с нею.
Но это мне казалось - а после оказалось,
что без неё я сам себе не нужен.

Милая, полно, невмочь от этой горечи -
я без тебя,
ты без меня…

Ведь себя без боли уже не помнишь,
и ничто, ни опыт прошлых потерь, не в помощь.
Когда бесконечный день и кончается -
и бесконечна ночь -
мне б раз увидать,
слово сказать
одно - люблю…

Взгляни, чтоб раскрылись глаза души,
тронь рукой, чтоб я знал, что жив -
и небо открывается,
всё, что жизнь обещала, сбывается,
как ей нужно самой -
и ты со мной…

А лучше ничего, чем эта боль!
Да, соль земли - любовь. И вижу, соль
слезой вернуться в землю норовит,
да не прозрачна та слеза - кровит.
Сама из сердца точится руда…
А вытри лучше щёку и у рта.
И что теперь? Терять - терять.
Что оправданья повторять.

(Только на язык само ведь просится:
волка кормят, а он в лес всё косится,
и корить его - не будет толку,
раз такую долю дали волку.

И слышал тоже: Бог - по мне, так не брался б за гуж! -
на нас - учился впрок, а вас творил учёный уж.*
Ведь сам себе не рад, всю жизнь я так: взорвался, стих…
Ну, пусть я виноват, - но что же, нету милости?

Милая, ну прости, невмочь от этой горести -
я без тебя,
ты без меня…)


IV

Ссора III
2

На том, на этом,
за тьмой, за светом,
пусть песня спета -
где бы ни повстречал -
спрошу ответа.

Ведь всяко можно -
Ты это устроил - нарочно?
Смотреть не тошно?
И не смущает ничья беда?
Было б кому - стал бы ябеда.
Что же за поля Ты ягода?!

Мало, что смертны мы,
мало сумы да тюрьмы,
мало чумы?

Из красоты - безобразье
делаешь без пристрастья.
Нет в мире счастья!

Судишь всласть -
да по всей строгости,
а как не пасть -
Твои всё пропасти.
И мальцов -
за грехи отцов
А зверьё? -
И всё во имя Твоё?!

Самым сильным,
самым смелым и красивым -
строже кары.

Гордость спасает -
хоть смейся, хоть плачь,
жизнь - это касса сплошных недостач.
Мы - циркачи для Него, а циркач -
он на выход идёт под фанфары!..



Тo говорю, а что-то мимо.
Многое слишком сердцу мило.
Ведь и осень мною так любима
лишь за беспечность,
за пожар и полёт…
Нам - кончается год,
листьям - кончена жизнь.
А есть ещё рубежи?

Движение души неосторожное,
дерзкий, безоглядный жест -
не стоят ли - всего?
А стоили б - чего? -
коль чёрт не выдаст и свинья не съест?

Будь ли то друг, иль будь то недруг -
помнишь тех, кто не сдавался никогда:
мол, и что не по плечу,
отступить не захочу, -
мол, горе не беда. - Сходило с рук! -
до поры…
Нет без риска игры.
И без риска нет любви. -
Миг лови…

Чего тогда пенять на мир -
да и есть ли и впрямь, кому пенять?
Нас приголубил миф,
надо быть и за то благодарным.
Что гостю хозяйский дом -
что в нём менять?
Рубаху б лишь
пред уходом хозяйка дала
чистую, вышитую -
да проститься пришла…

А там пойдём себе с Богом мы,
встречных задирая походя,
на небо щурясь, уходя…



Что же, сказано ловко -
моей не чета сноровка.
И спорить - прошла охота:
слабо мне создать бегемота*…

Мир, меняющийся и вечный. -
Соглашусь -
было больше звёзд, чем утрат.
И глядя на небеса,
и любимой в глаза -
поди, поспорь, что - краса!

И пусть и жизни не рад, и смерти страшусь -
за совесть, а не за страх
скажу, что - велик Аллах!

Я получил под дых. -
Я отдышусь.


V

Маленькая фуга


Здесь мне не заблудиться,
не упасть, не пропасть,
пока
спиной не повернулась
моя фортуна ко мне,
и я ещё на коне.
На войне, как на войне -
и мы ещё, солдат, помужествуем!

Выпало родиться,
а уж там - твоя власть.
Судьба чтоб на тебя не дулась,
бери, что дали - твоё,
и как живёшь, так житьё.
Что лезть в чужое бельё -
искать, кому судьба послушна.

Дорогие лица,
расклад, червовая масть.
Рука за сдачей потянулась.
Понятно, пики - ножи,
над козырями дрожи,
а марку всё же держи -
глядишь, и подфартит по-дружески нам.

Каких вам имён только не давали мы -
бывало, на них отзывались вы:
силы судьбы,
знаки пути,
славы клубы,
ангелы, черти!

Не по нашему хотению -
по щучьему велению, по прихоти своей.
Но то, что есть в мире что-то,
чему о нас есть забота -
меняет всё - ничего не меняя
в нашей жизни, нашей смерти.

Не чтобы волю и последнюю
склонны исполнять,
но пока воля есть, дотоль и доля есть
у меня.
И сгину - к вам обращаясь,
не то навеки прощаясь,
не то - как знать! - возвращаясь
на круги своя в круговерти.

Не хватает воли!
К хлебу жизни - соли.
Не хватает радости мне,
времени, пламени!

Чего от нас вы ожидаете -
и как, разочарованы?
Вот наши судьбы вы листаете -
а чем-то остановлены?
Мы тоже кажемся загадкой ли?
И не всплакнётся вам украдкой ли?
Какой-то общий мы язык нашли
в развилках слов,
в стеченьях снов,
в цепи основ…


VI

Юг: Сны


Что приносило радость всегда - так это сны.
Вот истинно долги, что платежом красны.
Земля - твоя, и до небес рукой подать.
И в них мальчонкой научился я летать.

Но что-то ходит кругами вокруг - и сужает круг.
Как птицы осенью, сны
тогда летят на юг -
где Южный Крест, и морское дыханье,
вечной волны колыханье,
полнолунья двойное сиянье,
всплески песен.

В снах
ты не молод, не стар - а ты.
В снах
подступающий мир не тесен,
и встречаешь, кого не повстречать,
и что кончено, можно вновь начать.
Заносило меня - но там причал.

Там у меня права,
там находил слова:
было: по имени смерть назвал -
и ей каюк.

И будет: память о том храня,
не брошу сон для другого дня. -
Тогда и впрямь дождётся меня
юг.

VII

Юг: Возврат к любви


Как же я вновь сдался, любовь, -
и что твои обещания?
Дар не сберечь: в каждой из встреч -
есть уже семя прощания.
Твоих даров, твоих костров -
что же, всего перепало мне.
Знать бы и честь: что есть, то есть.
Хватит! - сказал. А всё мало мне…

Сердце, сердце, что тебе неймётся, что ты маешься,
чего ты ждёшь от Бога, от других и от себя -
и ведь уж зная, что раскаешься,
пытаешься найти слова сказать любимой,
что она любима, что судьбе
и ей самой твоя любовь
нужна не меньше, чем она - тебе.
Что не случайно - а случайно, то не зря -
для нас цвела заря,
сошлись пути, учили нежности…

Буду шутом твоим, любовь, -
пускай не понимаю
твои путей, твоих затей,
и ни зачем то, что нашёл, теряю.
Я только знаю, на свою беду, -
откуда мы - и ты пришла оттуда.
И в этом мире я чудес не жду,
но мы в твоём сейчас - так почему не чудо!



Жизнь моя, я знал всегда, что ты вернёшься! -
И я исправлюсь, - говорю, - я поумнел! -
И ты смеёшься -
и какие потолок, стена? -
знойная ночь, ночь звездопада!
Нас подняла и понесла волна,
и больше ничего - и больше ничего не надо…

...

Не забыть - она неизгладима, любовь.
Утолить? - она неутолима, любовь.
Все в неё канем, как реки…

Лечишься - и неисцелима любовь.
Мечешься - и неутомима любовь.
Молишь - она неумолима, любовь.
Споришь - она непобедима, любовь.

Ныне… Вовеки…

________________________________

1Вольный пересказ из Роберта Бёрнса (Green Grow the Rashes)
2 В ответ на жалобу Иова, Господь перечислил всё Им созданное, в частности назвав бегемота: “Это верх путей Божиих”. Книга Иова 40, 10-19.